388

Как и ожидалось, имплементировать Минское соглашение оказалось гораздо сложнее, чем его подписать.

Сразу же после окончания минских переговоров и опубликования итогового документа (с его текстом можно ознакомиться здесь) стало ясно, что ни о какой «украинской победе» речи быть не может  — пункты соглашения были сформулированы либо в интересах России, либо без угрозы для интересов России. И, вернувшись в Киев, Петр Порошенко сделал единственно возможное для сохранения своей репутации — стал широко трактовать прописанные в соглашении статьи, конкретизируя отдельные моменты в своих интересах.

Сначала президент заявил, что под шестой пункт (освобождение и обмен всех заложников и незаконно удерживаемых лиц на основе принципа «всех на всех») попадает Надежда Савченко. В Москве эту версию тут же опровергли, поскольку она не является ни заложником, ни незаконно удерживаемым лицом — в отношении нее ведутся следственные действия. Теоретически ее дело можно перевести под пятый пункт (обеспечение помилования и амнистии всех лиц, участвовавших в гражданской войне), однако тут есть несколько спорных моментов. Во-первых, Савченко не признает свою вину. Во-вторых, этот пункт касается скорее действий украинской стороны — Киев обязан принять соответствующий закон. Да, исходя из текста этот момент можно трактовать по разному (вплоть до того, что и Россия должна принять закон), однако — и это в третьих — пресс-секретарь президента Дмитрий Песков, заявил, что требовать от Москвы что-то по Минским соглашениям вообще бессмысленно.

«Россия — это страна, которая призвана сторонами конфликта. Это страна, которая призвала стороны конфликта подписать комплекс мер по выполнению минских договоренностей. Но Россия не является стороной, которая выполняет этот комплекс мер… Это не сторона, которая должна предпринимать действия для этого. Мы просто не можем этого делать физически, потому что Россия не является участником этого конфликта», — заявил чиновник. Очень спорное заявление. Безусловно, с формальной точки зрения он прав — ни один из пунктов Минских соглашений не относится напрямую к России (даже вывод «наемников»). Но фактически Россия подписала минские соглашения и обязана выполнять прописанные там пункты. Поэтому вопрос о переводе Савченко под пятый пункт все еще остается на повестке дня.

Впрочем, вскоре выяснилось, что у украинских чиновников есть и собственное видение пункта об амнистии. Они заявили, что руководство ДНР и ЛНР и ряд ополченцев под нее не попадают. «Эта амнистия никоим образом, подчеркиваю это, не может быть предоставлена тем, кто был задействован и привлечен к преступлениям против человечности. Это абсолютная позиция, которая была однозначно подчеркнута в рамках переговоров», — заявил Павел Климкин. Однако эта трактовка как раз противоречит соглашению — в итоговом  документе (отражающем достигнутый на переговорах компромисс) нет ни слова о селективной амнистии. И в ситуации, когда украинская сторона не соблюдает пункт об амнистии, его не обязаны соблюдать и иные подписанты соглашения. В том числе и Москва.

У ополченцев тоже были свои трактовки Минских соглашений. Часть из них была похожа на украинские и оторвана от реальности и конкретного текста. Так, глава ДНР Александр Захарченко выдвинул ультиматум Киеву. «Я в Минске говорил и сейчас говорю, что территория ДНР — это территория Донецкой области. Если не будут выполнены наши требования о фактической независимости (прим. — чего не было прописано в Минских соглашениях), мы заявим, что вся территория Донецкой области наша. Каким путем ее забирать, все равно. Если не получится политическим, мы показали, что можно и по-другому», — сказал он. «По-другому» можно забрать только в ходе срыва перемирия и возобновления полномасштабных боевых действий, и Захарченко нужно не говорить о них, а молча дождаться того самого срыва перемирия Киевом. Благо минские соглашения ставят достаточное количество вилок Петру Порошенко, в которых ему придется либо исполнять пункты соглашения, либо жертвовать своей карьерой.

Впрочем, у Захарченко есть возможность продолжить локальные военные действия и сейчас — в Дебальцево. «Мы прекращаем огонь, кроме внутренних районов «ДНР». Любая попытка их вырваться из котла будет нами пресекаться. Я уже отдал такой приказ», — пояснил Захарченко. В Киеве сразу обозначили такую позицию как нарушение соглашения о перемирии и пригрозили ответными действиями. «Если в ночь на воскресенье (15 февраля) не будет двустороннего прекращения огня, мы будем призывать созывать чрезвычайную встречу Европейского Совета, поскольку Ангела Меркель и Франсуа Олланд представляют  не только Германию и Францию, а у них есть мандат от всего ЕС», — заявил Порошенко. Однако юридически, исходя из текста Минского соглашения, Захарченко имеет право на такую позицию.

Перемирие фиксирует линию разграничения по состоянию на 00.00 15 февраля. Если к тому времени дебальцевская группировка противника будет находиться в котле, то любая попытка ВСУ вывести группировку из котла либо отправить туда подкрепление и провиант будут означать заход на территорию ополченцев и бои с ними — то есть нарушение режима перемирия с украинской стороны, после чего ополченцы будут иметь полное право защищать себя собственными силами. Более того, группировка обязана будет уничтожить тяжелое оружие (ибо отвести его на 25 километров от линии фронта не сможет —  диаметр Дебальцевского котла даже в самых широких местах не достигает 50 километров) и вынуждена будет терпеть жесточайшую осаду, без подвоза провианта и боеприпасов. Поэтому Александр Захарченко прав, говоря, что «Украина просто предала пять тысяч человек, которые находятся в Дебальцевском котле». Фактически этих людей сделали заложниками ситуации. И теперь для их спасения президент вынужден будет искать компромисс с ЛНР и ДНР и идти им на уступки.

Недосказанная ситуация с «котлом» и иные пункты соглашения, невыгодные Украине, привели к резкой активизации украинских радикалов, которые решили взять ведение гражданской войны в свои руки. «Правый Сектор считает, что любые договоренности с пророссийскими террористами не имеют никакой юридической силы, противоречат существующей Конституции Украины, а следовательно их выполнение не является обязательным для граждан. Поэтому, в случае если ВСУ получат приказ на отвод тяжелой техники и артиллерии и неоткрытия огня, ДУК ПС оставляет за собой право продолжить активные боевые действия согласно собственным оперативных планов, до полного освобождения украинских земель от российской оккупации», — заявил лидер этой группировки Дмитрий Ярош (подробнее о позиции главаря «Правого сектора» см. здесь). В поддержку этой идеи выступили и другие иррегулярные силы. «Это заявление поддерживают порядка 17 батальонов добровольческих, которые сейчас создают совместный координационный штаб. Но это направлено не против политики государства, это направлено именно в поддержку президента. Потому что, простите, наша цель — не стать хорошими ротными, а наша цель — спасти страну», — заявил командир батальона «Донбасс» Семен Семенченко.

Действия Яроша и стоящих за ним радикалов неоднозначно восприняты в Киеве. С одной стороны, на них можно будет списывать все нарушения украинской стороной режима перемирия и, вызывая ответную реакцию ополченцев, обвинять в срыве перемирия именно их. При этом, вопреки мнению некоторых российских комментаторов, Минские соглашения не обязывают Киев распускать все добровольческие батальоны, поскольку, в отличие от Правого Сектора, многие из них не являются незаконными вооруженными формированиями (они интегрированы либо в МВД, либо в Минобороны).

Однако с другой стороны консолидация территориальных батальонов на «антиминской» платформе создает серьезную угрозу для Петра Порошенко. Президент опасается, что будущий «совместный координационный штаб» станет серьезным альтернативным военно-политическим центром и будет использован не для войны с ополченцами, а для попытки государственного переворота в стране. У территориальных батальонов есть много причин для того, чтобы не питать особой любви к нынешнему украинскому правительству, которое, по мнению бойцов, а) недостаточно радикально и б) всячески стремилось перемолоть территориальные батальоны в ходе боевых действий. Именно поэтому в администрации президента Украины негативно отнеслись к демаршу главы «Правого сектора», пригрозив принять меры. «Надеюсь, что это лишь пиар Яроша и контрпиар для Украины. Будет „звездить“, наверное, сегодня на российских каналах. Лучше, если он это право так и оставит при себе. Иначе государство должно вспомнить и о своих правах», — заявил советник украинского президента Олег Медведев.

В свою очередь Ярош предупредил, что «любые попытки так называемого разоружения украинских патриотов будут дестабилизировать ситуацию внутри государства и играть на руку Путину и государству-агрессору — России. Кроме того, все такие попытки будут обречены на поражение, так как бойцы добровольческих формирований способны защитить свое право на оборону государства и народа в любой способ, всеми целесообразными методами и средствами». При этом именно такие его действия будут играть на руку Владимиру Путину, как и раскол в украинском правящем лагере, а также публичное нарушение Киевом через какое-то время соглашения о перемирии.

Следите за последними событиями в нашей Twitter-трансляции.

Наша группа в Facebook.

Источник публикации